О причинах долготерпения...
Инок59
Кровь гражданской и семьдесят лет *коммунизма*,
Надругательством вышибли нации цвет.
Сохранились властители оппортунисты,
Их потомки сегодня капиталисты,
Нас в горнило толкают сегодняшних бед.
И *ворчат*:- от чего же народ так пассивен,
К авантюрам не склонен, на руку не скор.
Просто кровь проливать РУССКИМ стало противно,
Они чувствовать фальшь стали интуитивно,
И не будут вставать за *хозяйственный спор*.
Сколько лет, (нет века), поливали мы кровью,
Эту бедную землю, что Россией зовём.
Правят нами сатрапы, обманом злословьем,
Идеал сатаны положив в изголовье,
Сладкий пряник народу чередуя дубьём.
Мы, счастливые люди от того, что не знаем,
Как, на самом то деле мы х…во живём.
Голосуя за *власть*, мы застой поощряем,
И в умах своих вновь, коммунизм возвращаем,
Ну когда же по СОВЕСТИ вновь заживём…???
* * *
Наши БОГИ:- устали, ждать *сынов* возвращения,
Их терпенью, похоже приходит конец.
Покаянья не будет:- не будет прощения,
*Власть имущие*, это иудино семя,
На РОССИЮ наденут *терновый венец*.
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
3) Жизнь за завесой (2002 г.) - Сергей Дегтярь Я писал стихи, а они были всего лишь на бумаге. Все мои знаки внимания были просто сознательно ею проигнорированы. Плитку шоколада она не захотела взять, сославшись на запрет в рационе питания, а моё участие в евангелизациях не приносило мне никаких плодов. Некоторые люди смотрели на нас (евангелистов) как на зомбированных церковью людей. Они жили другой жизнью от нас и им не интересны были одиночные странствующие проповедники.
Ирина Григорьева была особенной. Меня удивляли её настойчивые позиции в занимаемом служении евангелизации. Я понимал, что она самый удивительный человек и в то же время хотел, чтобы она была просто самой обыкновенной девушкой. Меня разделяла с ней служебная завеса. Она была поглощена своим служением, а я только искал как себя применить в жизни и церкви. Я понимал, что нужно служить Богу не только соответственно, не развлекаясь, но и видел, что она недоступна для меня. Поэтому в этом стихе я звал её приоткрыть завесу и снять покрывало. Я хотел, чтобы она увидела меня с моими чувствами по отношению к ней и пытался запечатлеть состояние моего к ней сердечного речевого диалога, выраженного на бумаге. Но, достучатся к ней мне всё никак не удавалось.
